Некоторые вопросы звучат так буднично, что человек отвечает на них почти автоматически. А потом вдруг замечает, что уже оправдывается, выдает лишнее, чувствует вину или соглашается на то, чего на самом деле не хотел. Опасность редко кроется в самих словах. Она в том, что у некоторых вопросов есть скрытая функция: сбить ваши границы, втянуть в неудобную откровенность, вызвать стыд или заставить принять чужие правила игры. И если не замечать этот механизм, можно годами жить в режиме, где вы все время что-то объясняете, доказываете и защищаете, хотя никто не просил вас делать это открыто...

Анатолий Гончарук После обеда я отправился в умывальник, а когда возвращался в кубрик, меня позвал Столб: – Иванов! Толик! Тебе письмо! Все духами напомажено, даже противно! Я взял письмо, и сердце дрогнуло, от Лиды! Пять с половиной месяцев ждал я этого письма, и вот.… На ходу распечатывая конверт, я направился к своей койке. Все эти долгие месяцы я жил ожиданием этого письма, а теперь вот сердце чуть не выскакивает из моей груди. Письмо оказалось очень маленьким, собственно, это стихотворение. – Я люблю тебя, знаешь? Очень крепко люблю...