– Ира, ну сколько можно? Я тебя брал – сорок шесть килограммов весила, тонкая была, как веточка. А нонче – центнер. Мне перед людьми просто стыдно. Олег стоял в прихожей, застегнутый на все пуговицы своего безупречно отглаженного темно-синего костюма. От него пахло дорогим одеколоном, свежевыбритый, подтянутый. Он не кричал. В том-то и была беда, что Олег никогда не опускался до крика. Он говорил тихо, весомо, аккуратно выговаривая каждую согласную – сказывалась многолетняя привычка выступать на трибунах районной администрации...