— Посиди здесь и подумай, как нормальные жёны себя ведут. Руслан сказал это почти спокойно. Даже не крикнул. И от этого Даше стало страшнее, чем если бы он орал, хлопал дверями, грозил, брызгал слюной и размахивал руками. Крик — это хоть какая-то человеческая реакция. Неприятная, грубая, опасная, но живая. А в его голосе было другое. Холодное хозяйское решение, будто он не жену оставлял посреди заброшенного оврага, а мешок цемента у недостроенного забора. Мотор старого тёмно-зелёного «Патриота» кашлянул, захлебнулся и затих...