На моём рабочем столе, слева от колоды карт, лежит небольшой кусок обсидиана. Он холодный даже в жару, с острым сколом, о который я однажды порезала палец, когда слишком торопилась. Мне принесла его женщина, которая три месяца собирала вещи, чтобы уйти от человека, называвшего её «своим единственным смыслом». Она сказала, что этот камень помогал ей помнить: тьма бывает не только снаружи, но и внутри тех, кого мы привыкли считать родными. С тех пор обсидиан лежит на моём столе как напоминание о том, что самые опасные раны часто не видны под одеждой...