Я делала это полгода, пока кинолог не показал, в чём проблема. Алабай по кличке Тагир смотрел на меня так, будто я мебель, которая иногда издаёт звуки. Команды? Игнор. Зов с площадки? Игнор. Сидеть? Он садился только тогда, когда сам хотел. И знаете, что обиднее всего. Я ведь читала книги, смотрела ролики, занималась каждый день. По полчаса утром, по сорок минут вечером. С лакомствами, с похвалой, с интонацией. А пёс рос. И вместе с ним росло моё отчаяние. Когда Тагиру исполнилось десять месяцев, я сдалась и позвала кинолога...