— Мам, конечно! Приезжайте, будем только рады! Лариску с Алексеем тоже зовите, пусть с детьми приезжают! Мила замерла у раковины с тарелкой в руке. Голос Миши звучал так радостно, так беззаботно, будто он не обещал ей всего три дня назад, что Рождество они проведут вдвоем. Будто не клялся, что больше не будет приглашать родню на каждый праздник. Она медленно опустила тарелку. Повернулась. Миша сидел на диване, откинувшись на спинку, и болтал ногой. Довольный. Расслабленный. — Да-да, мам, конечно приготовим...