Я открыла блокнот на странице с прошлогодними записями, посмотрела на список и закрыла. Впервые за двадцать лет я не стала в него ничего записывать. Обычно в это время – за три недели до Нового года – у меня уже всё было расписано: кто что приносит, во сколько собираемся, какие салаты, сколько мандаринов, кому какие подарки. Блокнот лежал на кухонном столе, и я каждый вечер дописывала в него новые пункты. А сегодня просто закрыла. Фёдор вошёл на кухню, поставил чайник, заглянул мне через плечо. – Что-то не так? – Всё так...

Холодец застывал на балконе в шести эмалированных лотках. Маргарита варила его с утра тридцатого декабря. Восемь часов на медленном огне, потом разбирала мясо руками, потом разливала. К вечеру пальцы были красные и пахли чесноком так, что не отмывались никаким мылом. Тридцать первого с девяти утра она резала оливье, селёдку под шубой, мимозу, крабовый салат, фаршировала яйца, запекала утку с яблоками. В шесть вечера всё это надо было упаковать в контейнеры и везти через весь город к свекрови. Борис в это время смотрел по телевизору «Иронию судьбы»...