— Отпишешь долю в двушке нашему сыну и съедешь в общежитие! — надменный голос двадцативосьмилетней незнакомки в алом полушубке разнёсся по просторной прихожей, где ещё пахло новой паркетной доской. — Мы с Макаром три года тайком встречались, пока ты на двух работах балансы сводила, и наш полуторагодовалый Владик не должен ютиться по съёмным углам, когда у его отца в Тамбове такая квартира простаивает! Тридцатишестилетняя Диана медленно опустила на тумбу ключи и пакет с новыми шторами, которые забрала из ателье к завтрашнему новоселью...

— Кто там? — Хозяин. — Какой хозяин? Хозяйка здесь я. — Это вам так сказали, Галина Сергеевна. Откройте, давайте по-взрослому. Голос был спокойный, даже вежливый, и от этой вежливости у меня похолодели руки. Я стояла в прихожей собственной квартиры, за которую два года назад отдала 5,4 миллиона рублей, и не могла заставить себя повернуть замок. В глазок был виден мужчина лет пятидесяти в хорошем сером пальто. Таких пальто в нашем подъезде не носил никто, у нас носили куртки. Я решила, что это мошенник, и накинула цепочку...