На Руси святость часто выглядит так, будто её писали поверх старой, упрямой, неистребимой картины. Вроде бы лик святого — а под краской проступает другой образ: громовержец, хозяйка пряжи, покровитель стад, духи воды и поля. И чем внимательнее смотришь на «народное благочестие», тем отчётливее понимаешь: многие сюжеты, праздники и привычки не столько «пришли из храма», сколько были приручены храмом. От этого кому-то становится не по себе, кто-то злится, кто-то радуется, а кто-то начинает спорить до хрипоты...