Тетрадь с прописями великой княжны Анастасии лежала на краю стола, раскрытая на букве «Д». Буква была выведена старательно, но последний хвостик уходил вбок, словно девочка отвлеклась на что-то за окном. Софья Ивановна Тютчева закрыла тетрадь и долго смотрела на обложку, не убирая руки. Она знала, что через час её примет императрица. И знала, что разговор будет последним. В коридорах Александровского дворца пахло лавандой и свежей мастикой для паркета. Софья шла мимо высоких окон, за которыми февральский снег лежал на газонах ровно, как накрахмаленная скатерть...