«первое произведение в мировой литературе, действие которого происходит в абсолютной пустоте». 1996 год . Я впервые прочла этот роман два года назад. С этого произведения началось мое знакомство с творчеством Виктора Олеговича Пелевина. По прочтении моему экзальтированному семнадцатилетнему восхищению не было предела. Я посвятила себя в ряды читателей и почитателей отца русского постмодерна (этот титул в литературоведение, конечно, принадлежит Андрею Битову, но меня погрузил в течение именно Виктор Олегович)...

Входная дверь, которой нет. Есть книги, которые я читал. А есть книги, которые делали вид, что я их читаю, — пока на самом деле, страница за страницей, тихо и методично читали меня. Разбирали на запчасти. Собирали обратно. Не всё вернули. «Чапаев и Пустота» ждал своей очереди в моей электронной читалке ещё в те времена, когда слово «дзен» не было названием платформы, а означало нечто, за что нельзя получить лайк. Я его цитировал. Ронял в разговоры о природе реальности, как дорогую запонку — небрежно, но чтобы заметили...