В середине XVIII века в России стало модным слово «щеголь». Им называли изысканных франтов, любителей блеска, утончённых манер и бесконечных туалетов. Александр Сумароков в своей знаменитой «Эпистоле о стыдном потворстве» (1747) насмешливо писал о таком щеголе, что «родился, как мнит он, для амуру, чтоб где-нибудь к себе склонить такую ж дуру». Но за этим комическим образом скрывался иной, более опасный тип – щеголь карьерист, для которого любовь и куртуазность были не целью, а инструментом, позволяющим подниматься по лестнице придворной власти...