- Держи! – мама вытряхнула из своего кошелька мелочь на стол Павлика и потрепала сына по макушке. – Сколько? Посчитаешь? Пашка сосредоточенно засопел, перебирая монетки. - Ого, мам! Почти сто тридцать рублей! Спасибо! - Пожалуйста! – усмехнулась Лариса. – Чуточку ближе к мечте, а? - Да! – Пашка достал с полки свою копилку и принялся засовывать туда монетки. Они с тихим звоном падали на дно копилки, а Павлик уже предвкушал, как однажды этого звона он не услышит, так как копилка будет полной, и тогда придет время разбить ее...

Чемодан стоял в прихожей уже вторые сутки, и Артём, сосед снизу, каждый раз спотыкался о него взглядом, когда заходил вернуть дрель. В тот вечер он зашёл снова – и застал сцену, которую потом пересказывал жене шёпотом, будто сам стал соучастником чего-то стыдного. Валентин застёгивал молнию на этом чемодане прямо в коридоре, не поднимая головы. В зале за приоткрытой дверью сидели его мать и родная тётка. А на кухне, привалившись к косяку, стоял мальчишка лет пятнадцати – худой, с ещё детскими запястьями, торчащими из рукавов, – и смотрел на отца так, как смотрят, когда ещё не верят...