Звякнула тяжелая чугунная сковорода. Анна Михайловна вытерла полотенцем сухие руки, глянула в окно на пустой серый двор спального района и только тогда повернулась к мужу. Сергей сидел за кухонным столом пятую минуту. Сидел прямо, нахохлившись, в своей вечной застиранной рубахе в синюю клетку, теребя край клеенки. На столе остывала кружка с крепким чаем. — Аня, ну ты же разумная женщина, — начал он тем самым приторным тоном, от которого у нее всегда начинало ломить виски. — Давай без эмоций. Сядь, поговорим по-человечески...