Слепые псы выли где-то на западе, за холмами. Здесь, в низине у пересохшего русла Припяти, стояла мертвая тишина, которую нарушал лишь сухой кашель старика. Тяжелый бронекостюм «Булат», помнивший еще первый поход к ЧАЭС, стал неподъемным. Левая нога ниже колена превратилась в багровое месиво — слепой пес из стаи снорков достал-таки сквозь прогнившую штанину. В рюкзаке осталось два антирада и одна инъекция морфина. Морфин он берег для финала. — Не здесь, — прохрипел Тарас, сплевывая вязкую кровь. — Не подыхать же тебе, старый дурак, как слепому щенку в грязи...