Циолковского сегодня легко представить сразу готовым символом будущего: борода, слуховая труба, ракеты, космос, школьные плакаты и почти обязательное слово "великий". Но в живой советской памяти конца 1920-х и начала 1930-х он сначала был не бронзовой фигурой, а очень конкретным человеком из Калуги. Старым учителем, который жил в деревянном доме на окраине, ходил по знакомой улице, работал в тесной светелке и казался соседям скорее странным упрямцем, чем уже признанным пророком новой эпохи. В этом...