И. Бродский - Как давно я топчу, видно по каблуку... (чит. Пацино)
Чего жмёшься, недотрога? — сказал выпивший брат мужа. — Вижу, как на меня смотришь
Скрип ржавых портовых кранов и вечный, просоленный запах подпорченной селёдки — вот в чём задыхался этот причал последние сорок лет. Антонина Васильевна, бессменная кладовщица на пирсе и главная разносчица местных сплетен, кутаясь в засаленный брезентовый плащ, лениво перебирала накладные, краем уха ловя разговоры матросов. — Слыхала, Васильевна? — крикнул Колька-моторист, сплёвывая в маслянистую воду. — Младшенький Марты Борисовны, Артурчик, бабу из самой Москвы везёт. Говорят, интеллигенцию чистокровную!...