Тамара позвонила в четверг вечером и сказала одно слово: — Едем. Я даже не спросила куда. У неё это часто так: сначала решение, потом объяснение. Оказалось, в деревню. К себе на родину, в Ольховку. Где у неё оставался дом покойной тётки. — Два дня, Валюша. От силы три. Подышим, молока попьём. А то ты со своей библиотекой скоро мхом покроешься. Сказала она. И я не стала спорить. Мне в тот год действительно было нечем дышать. Полгода как схоронила мужа. Полгода одна в квартире, где даже чайник свистел как-то укоризненно...