– Это мой дуб, – сказала Надя, и голос у неё даже не дрогнул. Только побелели пальцы, которыми она сжимала телефон. Антон Сергеевич, сосед напротив, не обернулся. Он стоял у забора и смотрел, как его сын Глеб грузит в прицеп последние чурки. Свежие, светлые внутри, с запахом смолы и сырого дерева. Дуб ещё пах летом, хотя его уже не было. – Был твой, – произнёс Антон Сергеевич. – Теперь дрова. Надя не сразу поняла, что произошло. Она вышла на крыльцо утром, как обычно — с кружкой, в старой куртке, наброшенной на плечи...