Всякая подлинная реальность начинается не с факта, а с имени. Имя же есть не просто акустический знак, приклеенный к вещи, но сама энергия сущности, явленная в инобытии. Пока мы не назовем явление истинным именем, оно пребывает в меональной тьме, в чистой потенции, лишенной лика. И когда мы говорим об экранизации, которой никогда не было, но которая при этом существует с неумолимостью платоновского эйдоса, мы должны совершить акт радикальной феноменологической редукции: отбросить эмпирического Федора...