Представьте: 152 сантиметра роста, кривые зубы, фамилия Гольцман, диплом музыкального училища по классу гобоя и дикая, нечеловеческая уверенность в том, что ты — великий актер. Таким в Москву 1950-х приехал Михаил Светин. В ГИТИСе его выставили за дверь. В Щуке даже разговаривать не стали — посмотрели и рассмеялись. Приемные комиссии тогда формулировали мягко: «не видим потенциала». А на самом деле думали: «С такой внешностью — в артисты? Да ты смешишь». И знаете что? Он действительно всех рассмешил...