Старинный деревянный дом — огромный, в два этажа, с резными наличниками и балконом, больше похожий на терем из сказки, чем на жилое здание. У крыльца вместо машины — лодка. За окном не улица, а Онежское озеро. Продукты привозят раз в несколько недель, до материка зимой — двадцать один километр по льду. Большинство туристов на Кижах первым делом идут к Преображенской церкви (той самой, 1714 года постройки, с 22 главами, без единого гвоздя) — и она действительно стоит того. Но мало кто знает, что на этом острове, в старинных деревнях, постоянно живут люди...

Все случилось в подмосковном Подольске по адресу Октябрьский проспект, 3а. Сегодня на пятиэтажке установлена мемориальная доска: «В этом доме в 1966–2000 гг. жил ученый, писатель, историк Вильям Васильевич Похлебкин». Следовало, конечно, добавить «и был убит». А преступление так и осталось нераскрытым. Тревогу забил издатель Борис Пастернак. В 2000-м он возглавлял издательский дом «Полиграф», одним из проектов была серия антологий «Итоги века — Взгляд из России». Историк русской кулинарии Похлебкин работал над исследованием «Кухня века»...

— Сашка, ну сколько можно? Опять влип, опять по краю пропасти ходишь. Ты же талант, сам знаешь, — Фёдор смотрит на брата с немым укором, но без злобы. - Сколько тебя вытаскивать-то можно? — Да ладно тебе, брат. Ну, ошибся. С кем не бывает? Я же не прячусь, всё как на ладони. Вся моя жизнь — как в кино: и победы, и падения, и пьянки эти... Но я же всегда выхожу! — Александр усмехается, но глаза грустные. — Ты вот, брат, всегда правильный, а я... Я просто другой. Фёдор тяжело вздыхает и отворачивается к окну...