Она внимательно смотрит на себя в зеркало. Надо кардинально что-то решать прямо сейчас! Длинные золотистые локоны красиво обрамляют ее все еще детское лицо. От волос придется избавиться. Парикмахер умоляет ее передумать, но она непреклонна...

Минус девятнадцать на улице. Главврач держал умирающего за шиворот — брезгливо, как мешок с мусором. Медсестра встала в дверях. Она была ниже его на голову — Подними, — сказала Изольда Коргаева. Нет. Не та история. Эта начинается иначе. Эта начинается с тряпки на кафеле — нет, с человека в рваном пуховике, которого тащат к выходу на вытянутой руке. Брезгливо. Как мешок со строительным мусором. Главврач Щеглов держал его именно так. Тимофей Ильич сидел за стойкой охраны и через двойное стекло тамбура видел всё...