Она отказалась подписать ни одну бумагу. Ни одну. Даже когда следователь объяснил семидесятипятилетней женщине, что она якобы планировала отторгнуть Крым от России и создать там еврейское государство. Лина Штерн смотрела на него и молчала. Это была та же женщина, чья методика спасала детей от туберкулёзного менингита. Та, чьё имя знали в Женеве, Берлине, Лондоне. Первый академик-женщина за всю историю Академии наук СССР. И вот — ледяной карцер. Без права сесть на пол. Назовём вещи своими именами: это не история о преследованиях...