Всё началось с кухонной плиты. Вернее, с её отсутствия. Когда Катя впервые переступила порог квартиры Максима, её поразила не развешенная по стульям мужская одежда и не бардак в гостиной, а именно эта зияющая дыра на кухне, завешанная клеёнкой с каким-то дурацким рисунком под малахит. – Где плита? – спросила она, ставя на пол сумку с продуктами, из которой торчал багет и листья салата. Она пришла готовить романтический ужин, такой, чтобы запомнился. Они встречались полгода, и для неё, двадцатисемилетней Кати, это был первый по-настоящему серьёзный роман после череды нелепых связей...

Зима выдалась странная, нерешительная. До самого конца декабря земля была похожа на грязное одеяло, и ни снега, ни мороза, только бесконечный штормовой ветер, гнувший голые ветви ивы под окнами и нагонявший тоску. Катерина смотрела на это уныние и отчаянно хваталась за предновогоднюю суету, как за спасательный круг. Она чувствовала, что если не создаст праздник сама, то эта серая мгла затянет их маленький мирок. И она создавала. С утра тридцать первого декабря её кухня превратилась в командный пункт...