Свекровь умеет входить в квартиру так, будто это не моя дверь, а её личный парадный вход в историю, где она — главная героиня, а я — неудачный кастинг. Ключ поворачивается уверенно, без пауз. Дверь распахивается. В коридор вваливается запах её духов — таких, которыми в девяностых “закрепляли статус” — и вместе с ним её голос: — Ну здравствуй, мамочка года… — и это даже не шутка, а диагноз. Я в этот момент обычно делаю что-то совершенно обычное: режу яблоки, вытираю стол, пытаюсь застегнуть ребёнку...