В одно мгновение к нам вернулся наш прежний человеческий образ. Монисто собралось воедино и оказалось на своём месте. Только коса не желала превращаться в брелок. Серп Мары рассыпался на мелкие ледяные осколки в один миг. Она стала снова обычной женщиной — хозяйкой ритуальной лавки и кладбища. Мы вышли во двор. Картина там разительно отличалась от той, что мы оставили. Ледяные статуи послушников стояли неподвижно, но иней на них уже подтаивал, с них капала вода. Отец Иоанн сидел на том же месте, но теперь его окружали двое монахов в поношенных рясах — те самые, что были заперты внизу...