Сквозь вой бурана пробивался низкий, гортанный звук бессильной ярости. Семидесятилетний инспектор заповедника Егор Матвеич остановился. В десяти метрах впереди снежный сугроб у подножия старой лиственницы шевелился. Рядом с ним тускло блестел ржавый металл. Из-под снега на старика уставились два пылающих желто-зеленых глаза. Это был манул. Его левая лапа оказалась намертво зажата в старых челюстях браконьерского капкана. Зверь пытался освободиться сам, но силы покидали его. Он просто лежал, вмерзая в землю, и ненавидел весь мир...