Борис отпрашивался на рыбалку как на священнодействие. «Любимая, — говорил он, обнимая свою Мариночку за внушительные плечи. — Мне нужно побыть одному. С водой поговорить. С душой. Вернусь обновлённым». Марина фыркала, но отпускала. Она знала, что «побыть одному» означало одно: Борис желал «назюзиться» в одну харю и чтобы никто не зудел над ухом. Внутренне она вся полыхала от этой мысли и осуждала, но понимала — для стойких, крепких отношений мужику надо давать поблажку. Да и свою выгоду она с этого...