В зале кафе «Берегиня» пахло заветренной нарезкой из сервелата, дешёвой тушёной рыбой и тяжёлым, приторным ароматом искусственных лилий, выставленных в высоких пластмассовых вазах вдоль глухой стены. Поминки по двоюродному дяде Михаила подходили к той тягучей, душной стадии, когда скорбь окончательно растворяется в парах водки «Пять озёр», а захмелевшие дальние родственники начинают громче стучать вилками и переглядываться в поисках нового повода для общего разговора. Ирина сидела на краешке скрипучего стула с дерматиновой обивкой...