— Ты что, не понимаешь по-хорошему? Гараж деда твоего всё равно пустует, а Женьке ставить фургон некуда. Голос Петра Петровича гремел на всю кухню, и казалось, что старый буфет вздрагивал от его баса. Ольга сидела за столом, сжимая чашку остывшего чая обеими руками. Пальцы у неё побелели. — Пётр Петрович, гараж не пустует. Там инструменты деда, верстак, всё, что он собирал годами. — Хлам, — отмахнулся тот, будто отгонял муху. — Ржавое железо, которое давно пора на свалку. Евгений, младший брат мужа, сидел рядом с отцом и вертел в руках ложку, ковыряя ей край скатерти...