– Если ты прямо сейчас не снимешь деньги со своего вклада, нас с Вадиком просто по миру пустят, а квартиру отберут приставы! – с порога выпалила Оля, нервно стаскивая с плеча тяжелую кожаную сумку. Она даже не стала расстегивать мокрые от мокрого снега сапоги, так и замерла в узком коридоре, глядя на мать воспаленными, покрасневшими глазами. По щекам размазалась тушь, а тонкие пальцы судорожно теребили ремешок сумки, будто та могла удержать ее от падения. Вера Павловна застыла с кухонным полотенцем в руках...