Мы изготавливаем двери с облицовкой из транспортного стеклопластика, армированного ровинговой тканью. Такие двери фургонов-рефрижераторов не подвержены корозии в области замков и петель, их не нужно дополнительно красить...

Эхо захлопнувшейся двери все еще вибрировало в воздухе, смешиваясь с надрывным плачем полуторагодовалого Темы. Вера стояла посреди прихожей, сжимая в руках засаленный кухонный прихват — единственное, что она успела схватить, когда бросилась за Олегом, пытаясь удержать его. Она не помнила, как оказалась на полу. Просто в какой-то момент коврик в прихожей, покрытый песком от детской обуви, оказался прямо перед её глазами. — Кому ты нужна с тремя детьми?! — его слова, пропитанные ядом и многолетним пренебрежением, до сих пор стояли в ушах, словно звон разбитого стекла...

Сосновка наша в те года, в «нулевые» то есть, уже, считай, доживала. Десять дворов осталось, да и те - старики одни. Глухомань, одним словом. До райцентра - как до Луны пешком, автобус и тот раз в неделю, если не сломается. Жила там Надя. Тихая женщина, незаметная, как тень от березы в полдень. Ей тогда сорок два было, а на вид - все пятьдесят дашь. Лицо серое, изможденное, руки - сплошная наждачка от холодной воды и тяжелой работы. Жила она с матерью лежачей, бабой Полей. Отец-то давно сгинул, муж, прости Господи, спился да помер, вот и тянула Надя лямку одна...