Чашка выскользнула из пальцев Марины и разбилась о кафельный пол. Белые осколки брызнули к плинтусу, как испуганные мыши. Господи. Она замерла, глядя на лужицу чая. Егор отложил газету. За тридцать лет брака он научился читать жену лучше любой книги. Вот уже две недели Марина была не здесь. Вздрагивала от телефонных звонков, просыпалась среди ночи, а вчера он заметил, как она стоит у окна и плачет беззвучно, кусая костяшки пальцев. — Давай, помогу. Он встал, но она замахала руками. — Нет, нет, сама, сама...