Ноябрь сорок третьего года выдался тяжелым для тылового узлового города, расположенного всего в полусотне километров от передовой. Железная дорога здесь сшивала фронт с глубоким тылом, словно суровая нитка соединяет края солдатской шинели. Бомбы не падали на улицы каждую ночь, но война все равно была разлита в самом воздухе и пропитывала всё вокруг. Она чувствовалась в бесконечных очередях за хлебом, в черных тарелках репродукторов и в едком запахе карболки от санитарных эшелонов. Люди прятали глаза и молчаливо считали чужие погоны, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания...