Подъездная тишина сталинки на Кутузовском всегда была обманчивой. Марина знала этот тип тишины – густой, ватный, за которым обычно следует либо звонок в дверь с обыском, либо глухой удар тела о бетон. Она стояла у глазка, не включая свет в прихожей. Привычка, въевшаяся в подкорку за двенадцать лет службы в управлении, заставляла её фиксировать детали даже в гражданской жизни. На часах было 23:14. В это время сосед из сорок восьмой, Дмитрий, обычно выводил на прогулку своего лабрадора, но сегодня собака молчала...