Тамара Петровна споткнулась о чужие кроссовки прямо на пороге собственной квартиры — белые, сорок третьего размера, не меньше, с розовыми шнурками. В ванной шумела вода, и сквозь шум пробивался женский голос, бодро выводивший какую-то незнакомую песню. Тамара стояла в прихожей с сумкой рассады и двумя банками прошлогодних огурцов и не могла сообразить, туда ли вообще зашла. Из кухни выскочил Дима с полотенцем через плечо. — Мам, ты же в воскресенье собиралась. — Автобус на воскресенье отменили, я на сегодня взяла...