— Твой племянник разбил мой ноутбук и изрисовал обои! Я отвезла его к твоей сестре и сказала, чтобы ноги его здесь больше не было! Я не нянька для невоспитанных детей! Ты обещал, что он будет вести себя тихо, а он разнес полквартиры! — Алина не кричала. Она чеканила слова с той ледяной отчетливостью, с какой зачитывают приговор, стоя над пепелищем собственного дома. Она стояла в узком коридоре, преграждая мужу путь, и держала в руках то, что еще утром было её рабочим инструментом. Тонкий серебристый...