— Ты можешь объяснить, зачем ты это сделала? Я же просила предупреждать, Вера Степановна. Я просила хотя бы за час писать сообщение. Простое человеческое сообщение. Анна стояла в дверях кухни, все еще в легком пальто, с которого не успела стряхнуть мелкую сентябрьскую морось. Сумка висела на локте, оттягивая плечо. В кухне горел яркий свет, непривычно яркий для девяти вечера, и пахло не ужином, а чужими духами, тяжелыми, сладкими, с нотой какой-то восточной пряности. За столом, покрытым ее, Аниной, новой льняной скатертью, сидели двое...