Дождь стучал по огромным панорамным окнам, за которыми раскинулся ночной, подсвеченный огнями город. Марина стояла на идеально отполированном паркете гостиной, поправляя белую орхидею в высоком стеклянном вазоне. Её движения были медленными, точными, почти ритуальными. Платье из шёлкового крепа цвета слоновой кости не шуршало. Она была частью этого интерьера — дорогого, холодного, выверенного до последней детали дизайнером, которого Дмитрий нанимал три года назад. Частью, которая должна была молчать и быть красивой...