Нет, не в прологе, и не в эпилоге, Я вдруг нашёл себя в Мартирологе*, На сайте «следственной тюрьмы НКВД»,** Навек мне памятной в этапов череде. С мешком, узлом, гитарой, чемоданом, Пройдя страну в этапах окаянных, У томской очутился я тюрьмы, В тисках сибирской ледяной зимы. Здесь был в 37-м расстрелян Клюев,*** Заклёван злом свинцовых поцелуев. Чекист-палач — страшней, чем внешний враг! Все рвы в костях в той местности Каштак! Тюремный «шмон», вопрос гостеприимный: «Писатель? Столько книг…». (Нас...