Я не помню, когда впервые услышала «Наша Таня громко плачет». Кажется, это было всегда – как мамины руки, как каша на завтрак, как снег зимой. И вот мне уже под сорок. Я перебираю старые книжки на даче, натыкаюсь на потрёпанный сборник «Игрушки» – и вдруг понимаю: я всё ещё помню каждое слово. Спустя десятилетия. Как так вышло? Почему эти короткие, в четыре строчки, стихи – про бычка на шаткой доске, про мишку с оторванной лапой – въелись в память намертво? Я копнула биографию Агнии Барто, перечитала её стихи взрослыми глазами...