Москва, 5 апреля 1994 года. — Виталик, я устал, — Отари тяжело опустился на скамью в Краснопресненских банях, стряхивая с могучих плеч капли воды. — Давай без лишней охраны сегодня. Воздухом подышим. Его главный телохранитель Виталий кивнул, но лицо его осталось тревожным. В этот весенний вечер от фигуры Квантришвили исходила не просто физическая мощь, а какая-то тяжелая, почти осязаемая уверенность человека, решившего перестроить весь мир под себя. ...Он вышел из Краснопресненских бань, огромный, добродушный великан...