Когда Иван Петров выходил на сцену, казалось, что даже оркестр начинал звучать иначе. Его бас был не просто инструментом: он был характером, памятью, дыханием страны. В середине XX века, когда оперная сцена России переживала золотой век, Петров стал тем самым голосом, через который мир услышал настоящую русскую школу: честную, строгую и одухотворённую. Сегодня его имя редко звучит в новостях. Но каждый, кто хоть раз слышал его Гремина или Мефистофеля, помнит: так петь могли только люди, для которых сцена — это правда...