За окном накрапывал мелкий, раздражающий осенний дождь, который идеально гармонировал с моим настроением. Каждое третье воскресенье месяца в нашей семье было обведено в календаре красным маркером. Цвет тревоги. Цвет опасности. Цвет ежемесячного семейного ужина у Маргариты Павловны — моей глубокоуважаемой, безукоризненно ухоженной и феноменально токсичной свекрови. Я стояла перед зеркалом в прихожей, поправляя темно-зеленое платье. Оно мягко облегало мою фигуру. Да, у меня были формы. Я не была тростинкой, никогда ею не была и, честно говоря, не стремилась...