В памяти миллионов он навсегда остался уютным мудрецом, который выходил к микрофону со старым кожаным портфелем. Сцена принимала его как родного: там Михаил Жванецкий был воплощением мягкой иронии, теплой ламповой грусти и всепрощающей мудрости. Голос с легкой одесской хрипотцой обволакивал зал, заставляя людей плакать от смеха над самими собой. Для публики этот человек в растянутом свитере был абсолютной лапочкой: беззащитным философом, нашедшим точные слова для описания их общей жизни. Но за кулисами, куда не проникал свет софитов, правила бал совсем другая природа...