— Операция стоит два миллиона, Марина. Максим стоял у кухонного окна и смотрел на вечернюю улицу. Он не оборачивался. Звук проезжающих машин глушился толстым стеклом стеклопакета, который я поставила в прошлом году. Я сидела за столом, пальцы механически оглаживали край пустой чашки. На столе лежала толстая желтая картонная папка. В ней лежали справки о моих доходах, распечатки из налоговой и свежая выписка из ЕГРН на мою трехкомнатную квартиру. Эту квартиру отец строил еще в восьмидесятых. Сталинка с высокими потолками, дубовым паркетом и широкими коридорами...