Тут уж Андреев превзошел самого себя. Такого наворочал, такого накуролесил, что не знаешь, как и начать. Если попытаться хоть как-то формализовать или, как любил выражаться Булгаков М.А., разъяснить, форму и содержание этого творения, то получится вот что: по форме это бессвязные отрывки из дневника офицера-фронтовика, артиллериста, названные в заглавии рукописью и, по его смерти, продолженные его же братом; по содержанию – бред сумасшедшего пацифиста. А собственно «Красный смех» это эпидемия повального сумасшествия (Андреев вообще любит эту тему), накрывшая истощенную в боях армию...
…безумие и ужас. Впервые я почувствовал это, когда мы шли по энской дороге – шли десять часов непрерывно, не останавливаясь, не замедляя хода, не подбирая упавших и оставляя их неприятелю, который сплошными массами двигался сзади нас и через три-четыре часа стирал следы наших ног своими ногами. Так начинается повесть почти забытого российской культурой, но оттого не менее талантливого русского писателя Леонида Андреева "Красный смех". Произведение стало криком души, естественной реакцией писателя на события Русско-японской войны 1904-1905 годов...