В публичных дискуссиях последних десятилетий всё чаще появляется упрощённая идея: будто войны являются прямым следствием «мужской природы», а мужчины как группа — главный источник насилия в истории. Такая точка зрения эмоционально понятна, но исторически неверна. Она подменяет анализ морализаторством и игнорирует ключевой факт: войны начинают не «мужчины вообще», а конкретные политические элиты в конкретных условиях власти, интересов и ресурсов. Пол лидера сам по себе не является решающим фактором...