«— Пожалуйста, только не уезжай снова! В доме нет даже дров, а дети…» — голос молодой женщины оборвался, когда она прижала к себе измождённого младенца. В полумраке холодной венской квартиры на Грабене Констанция Моцарт смотрела, как её муж, гениальный Вольфганг, лихорадочно пакует дорожный сундук. На дворе стоял конец XVIII века, и пока Вена рукоплескала его музыке, его жена привыкала к странной роли «вдовы при живом муже». Он уезжал в Мангейм, Мюнхен, Франкфурт — за славой и деньгами, которых вечно не хватало, оставляя её одну коротать ночи в ледяных комнатах...